Андрей Белый

“Мгла - лишь ресницами рождаемые пятна”

Леонид Кацис - Андрей Белый о Блоке и Выготский об Андрее Белом. Глава V

Цитата из Якубинского следует после проанализированной цитаты из “О поэзии и заумном языке” и выглядит так: “Они (формалисты. — Л. К.) стали утверждать, что звуковая сторона стиха имеет первенствующее значение и что даже “восприятие стихотворения обыкновенно тоже сводится к восприятию его звукового прообраза. Всем известно, как глухо мы воспринимаем содержание самых, казалось бы, понятных стихов” (130, с. 22).

Основываясь на этом совершенно правильном наблюдении, Якубинский пришел к совершенно правильным выводам: “В стихотворно-языковом мышлении звуки всплывают в светлое поле сознания; в связи с этим возникает эмоциональное к ним отношение, которое в свою очередь, влечет установление известной зависимости между “содержанием” стихотворении и его звукам; последнему способствуют выразительные движения органов речи” (142, с. 49) (ПИ. С. 87).

Мы неслучайно вновь привели этот отрывок. В первый раз мы лишь обратили на него внимание. Во второй — встроили его в контекст рассуждений Шкловского, а теперь, зная этот контекст, встроим тот же отрывок в рассуждения Л. Якубинского.

Итак, Выготский процитировал статью Л. Якубинского “О звуках стихотворного языка”. Статья эта во многом следует статье Шкловского “О поэзии и заумном языке”, а где-то раскрывает подразумевания Шкловского. Приводит точные цитаты того, что Шкловским только упомянуто и т. д. Нас, однако интересует другое. То, как именно Выготский цитирует Якубинского.

Дело в том, что цитата из Якубинского, приведенная Выготским, действительно выглядит так, как она приведена в “Психологии искусства”...

Способ цитирования у Выготского вполне объяснимо целенаправлен. Цель Выготского — построение адекватной произведению искусства психологии, а не выделение из произведений искусства при помощи объективных способов анализа каких-то свойств произведения искусства. Критика Выготским формализма приводит его к следующей позиции: “... все исследователи согласно сходятся на одном, что звуки сами по себе никакой эмоциональной выразительностью не обладают и из анализа самих звуков мы никогда не сумеем вывести их законов воздействия на нас. Звуки становятся выразительными, если этому способствует смысл слова. Звуки могут сделаться выразительными, если этому способствует стих. Иначе говоря, самая ценность звуков в стихе оказывается вовсе не самоцелью воспринимающего процесса, как полагает Шкловский, а есть сложный психологический эффект художественного построения (ПИ. С. 88-89).

Разумеется это так, если не учитывать, что и детские стихи, и глоссолалии сектантов — не произведения искусства, а как раз объективные аналогии процессам художественного творчества, а не восприятия реципиентом произведения искусства.

Понятно поэтому, что цитата из статьи Якубинского устроила Выготского именно в том виде, как она приведена в заключении статьи. А вот, как подобная мысль выглядела чуть ранее:

... разные соображения заставляют признать, что в практическом языке звуки не сосредотачивают на себе внимания...

В языке стихотворном дело обстоит иначе; можно утверждать, что звуки речи в стихотворном языке всплывают в светлое поле сознания и что внимание сосредоточено на них; в этом отношении важны самонаблюдения поэтов, которые находят себе подтверждение в некоторых теоретических соображениях. (...)

...звуки речи при языковом мышлении практическом не являются ценными сами по себе, не сосредоточивают на себе внимания, не всплывают в светлое поле сознания. При языковом мышлении стихотворном звуки являются предметом внимания, обнаруживают свою самоценность, всплывают в светлое поле сознания36.

Исходя из этого уже трудно было бы высмеивать теории звукосимволизма Бальмонта. Ибо они бы не противоречили сказанному Якубинским, а соответствовали ему.

Вернемся теперь к цитате из Шкловского, из самого конца его статьи “О поэзии и заумном языке”:

Религиозный экстаз уже предвещал о появлении новых форм. История литературы состоит в том, что поэты канонизируют и вводят в нее те формы, которые уже давно были достоянием общего поэтического мышления37.

В сущности, если бы не первая “экстатическая” фраза, то приведенная мысль могла бы лечь в основу некоторых построений раннего Выготского. Чего, кстати, вообще нельзя исключить. Однако, цитаты, которую мы сейчас привели, у Выготского нет. А текст Якубинского — есть, но будучи помещен в контекст рассуждений самого Выготского он приобрел прямо противоположный себе смысл. Ибо вывод свой о поэтическом языке (а не языке искусства вообще) Якубинский делал в статье “О звуках стихотворного языка”, отсюда и подчеркивание в выводе именно стихотворной составляющей его позиции. Ведь достаточно сказать, что мы говорим не только о звуках поэтического языка, но, например, прозаического, как ситуация может резко измениться. Недаром и многие рассуждения Шкловского и Якубинского включают в себя анализ осознанной или неосознанной рифмовки.